Современная биоэтика человека: основные принципы и проблемы

Биоэтика как наука

Биоэтика — наука о нравственной стороне современной медицины, биологии и генетики человека. Неоднозначные ситуации, постоянно возникающие в практической медицине как следствие прогресса биологической науки, технологий и медицинских знаний, требуют постоянного обсуждения как внутри профессионального медицинского сообщества, так и в кругу широкой общественности. Ключевыми вопросами биоэтики являются вопросы прав пациентов, проведения клинических испытаний новых лекарственных препара­тов и генетических исследований, клонирования человеческих орга­низмов, трансплантации органов, использования эмбриональных стволовых клеток, суррогатного материнства, эвтаназии.

Биоэтика как исследовательское направление междисциплинарного ха­рактера сформировалось в конце 60-х – начале 70-х годов. Термин биоэтика предложен В. Р. Поттером в 1969 году. Биоэтика имеет целью разрешение моральных коллизий, возникающих в ходе научных исследований и практики медико-биологического характера. Считается, что предпосылками возникновения биоэтики стали экологическое и правозащитное движение в сочетании с междисциплинарным подходом к такому явлению как человек.

На первых порах в сфере биоэтики наиболее активно обсужда­лись права пациентов. Несмотря на то, что чудовищная практика экс­периментов на людях в концлагерях во время Второй мировой войны была осуждена международными трибуналами, осознание того, что пациенты в больницах нуждаются в правовой защите, пришло не сра­зу. Довольно долгое время лечащие врачи в исследовательских целях считали возможным экспериментировать на своих пациентах, даже не ставя их об этом в известность и оправдывая это потребностью разви­тия медицины или необходимостью помочь другим людям.

Впослед­ствии был сформулирован центральный для биоэтики принцип «автономии личности» пациента, обосновывающий право каждого человека участвовать в качестве самостоятельного субъекта в приня­тии касающихся лично его жизненно важных медицинских решений. Одновременно было выработано важнейшее биоэтическое правило «добровольного информированного согласия», которое на практике призвано обеспечить реализацию принципа автономии личности пациента. Оно гласит: ни научное исследование, ни терапевтическое вмешательство не могут производиться без добровольного согласия пациента или испытуемого, которое им даётся на основе адекватной информации о диагнозе и прогнозе заболевания, целях и методах предполагаемого вмешательства или исследования, возможных не­благоприятных побочных последствиях и т. д.

После внедрения этических стандартов проведения научных исследова­ний на человеке, в основе которых лежал принцип автономии личности паци­ентов и испытуемых, следующим этапом развития биоэтики стало создание этических комитетов (комитетов по биоэтике). Этический комитет — это совещательный орган, на заседаниях которого медики, богословы, юристы, психологи, представители общественности совместно обосновывают наибо­лее морально приемлемый подход к разрешению конкретных ситуаций. Этиче­ские комитеты существуют при научно-исследовательских организациях и больницах, профессиональных объединениях (врачебных, сестринских, фарма­цевтических), ВУЗах, государственных органах, международных организациях (ЮНЕСКО, ВОЗ, Совет Европы и др.).

Основы деятельности этических комитетов отражены в различ­ных законодательных актах. Примером может служить Конвенция Совета Европы «О защите прав и достоинства человека в связи с ис­пользованием достижений биологии и медицины», «Конвенция о правах человека и биомедицине» и др. В мире существует ряд круп­ных исследовательских центров по биоэтике. Среди них наиболее из­вестны Гастингс-центр под Нью-Йорком (США), Центр по биоэтике при медико-исследовательском институте Монреаля (Канада), Центр по биоэтике при университете Торонто (Канада), Институт по биоэ­тике, основанный Дж. Кеннеди при Джорджтаунском университете (США). Издается ряд национальных и международных журналов. В 1978 году начато издание Энциклопедии по биоэтике. Можно сказать, что это весьма интенсивно развивающаяся исследовательская об­ласть, в которой сотрудничают философы, биологи, медики и теоло­ги. Значительный вклад в биоэтику вносит современная психология.

Основные проблемы биоэтики

Несмотря на очевидные достижения, современная геномика и клеточная биология ставят всё новые вопросы, на которые пока нет ответов в комитетах по биоэтике. Тем более, что многие вопросы требуют непосредственного юридического оформления уже сейчас. Рассмотрим, например, такую проблему, как проблема генетической информации. В ближайшем будущем огромное число людей будет проходить тесты на наличие рецессивных генов, мутаций, генных ва­риантов, предрасполагающих к заболеваниям, или станут обладате­лями более или менее полной информации о своём геноме. Естественно, эта информация будет доступна и тем, кто её первона­чально получает — генетическим лабораториям. В связи с этим возни­кает новая проблема — проблема защиты генетической информации.

Даже в ситуациях, когда генетический анализ осуществляется по жела­нию самих граждан для выявления носительства рецессивных генов у потенци­альных супругов (как, например, в традиционных еврейских сообществах для предотвращения болезни Тея-Сакса или среди населения Кипра, где очень рас­пространена талассемия), получение соответствующей информации сопровождается целым рядом предосторожностей. В частности, в сообществах ортодоксальных евреев-ашкенази в связи с реализацией программы «предше­ствующего женитьбе генетического теста» обратившимся лишь сообщают о желательности или нежелательности данного брака, без прояснения деталей тестирования. Тем самым стараются предотвратить «стигматизацию» конкретного человека. Такая практика уже оправдана тем, что с момента внедрения данной программы (после проведённого тестирования 220 тысяч пар было выявлено 550 случаев нежелательного брака) удалось практически сни­зить до нуля рождаемость детей с болезнью Тея-Сакса, уменьшив страдания семей и общества в целом. В случае с талассемией на Кипре добрачное обязательное тестирование также позволило справиться с тяжёлым заболевани­ем, требующим бесконечных переливаний крови и огромных финансовых потерь. Такие программы хороши для небольших изолированных сообществ.

Когда же речь идёт о массовых генетических тестах на наличие генов, предрасполагающих к тем или иным заболеваниям, или о про­чтении всего генома (практика, которая, вероятно, будет становиться всё более массовой в силу моды или иных мотивов), то защита ин­формации станет весьма серьёзным делом.

С одной стороны, родите­ли будут оставлять детям сиквенсы своих геномов, что должно будет помочь им избежать заболеваний по мере накопления знаний о меха­низмах их развития и генетической обусловленности. Однако недобросовестное использование генетической инфор­мации тоже возможно. Например, если информация о наследственной предрасположенности к заболеваниям сотрудников попадает в руки работодателя, он может дискриминировать их по признаку професси­ональной пригодности или вероятности нетрудоспособности. Опре­делённые опасения вызывает перспектива того, что информация подобного рода попадёт в руки страховых компаний, занимающихся страхованием жизни. Речь может идти не только о недобросовестном использовании информации, а о вполне легальном её получении. Ведь уже сегодня страховые фирмы вправе затребовать от клиента проведения медицинского обследования, в том числе, например, определения уровня холестерола в крови, повышенный уровень кото­рого с большой степенью вероятности свидетельствует о риске ин­сульта или инфаркта. Почему бы им не добиться принятия закона об обязательном генетическом обследовании своих клиентов?

Другой немаловажный аспект — это попытки использовать информацию о генах в качестве аргумента защиты при судебном преследовании. Признание роли генов в формировании тех или иных форм поведения подталкивает юри­стов к тому, чтобы использовать этот факт для оправдания лиц, совершив­ших преступление. Аргументом становится мысль о том, что на самом деле преступник не виноват, поскольку ему достались «плохие» гены, подталкива­ющие его к агрессивным или антисоциальным действиям. Данная аргумента­ция пока не принимается судами, но наука развивается, доказательная база её растёт. Одна из статей Дж. Уотсона называется «Мы — это наши гены». Следует предостеречь от такого однозначного генетического детерминизма, поведение является исключительно сложной функцией мозга и других струк­тур организма, а гены и среда пребывают в сложных, неоднозначных отноше­ниях, порой усиливая, а порой ослабляя эффекты друг друга.

Ещё одним направлением современной генетики и клеточной биологии, вызывающим этические проблемы, являются генетические манипуляции, приводящие к заданным свойствам. Суть заключается в том, что современные знания о геноме дают возможность не только идентифицировать и исправить генетический дефект, но и попытать­ся создавать организмы с заданными свойствами. Например, извест­но, что дополнительная копия гена NR2B, связанная с кодированием субъединицы глутаматного рецептора, будучи внедрена в геном мы­ши, приводит к ускоренному обучению и улучшению памяти. В со­временной генетике поведения имеется много других примеров, когда определённые варианты различных генов оказываются связан­ными с некоторыми свойствами психики — агрессивностью, альтру­измом или устойчивостью к алкоголю. Вопрос заключается в том, каким путём пойдёт человечество — насколько распространёнными окажутся технологии генетического манипулирования с немедицинскими целями. Будут ли родители, требующие заданных свойств у своих детей, до конца понимать свою ответственность перед обще­ством? Наверняка они будут руководствоваться соображениями толь­ко своей выгоды. В то же время, идея «дизайнерских младенцев», или «младенцев по заказу» обретает вполне реальные очертания. Речь может идти о вмешательстве в соматические клетки или в клетки за­родышевой линии. В последнем случае можно представить себе по­явление многочисленного потомства с заданными свойствами, что может оказывать влияние уже на всё общество в целом.

Технологически человечество уже практически готово к подоб­ным процедурам. Получение полутора десятка оплодотворённых эмбрионов, взятие 1-2 клеток для генетического анализа на стадии 8 клеток уже сегодня является обычной процедурой. Уже рождён ребё­нок, «сконструированный» по принципу элиминации опасного гена, в частности гена высокого риска рака молочной железы BRCA1. Роди­тели, зная о наследственном характере рака в своих семьях и о нали­чии у себя мутации этого важного гена общего контроля, приняли меры, чтобы их ребёнку достались нормальные копии. Конечно, пока речь идёт о поиске и избавлении от дефектных генов, это серьёзных вопросов не вызывает. Но, как известно, человечество никогда не останавливается на достигнутом.

Подводя итог, можно сказать, что по мере того, как растут наши знания о биологии и гене­тике человека и появляются всё новые технологические возможности, растут и этические проблемы. Человечеству придётся их решать, и в этом вопросе, скорее всего, практика будет идти впереди, задавая но­вые задачи. Жизнь показывает, что какие бы моратории ни действо­вали, всегда найдётся возможность их обойти. Ожидает ли нас новая евгеника — на уровне генной инженерии, клонирования и генетиче­ского манипулирования? Будет ли будущее раем для избранных, ли­шённых генетических заболеваний, пользующихся отменным здоровьем, обладающих исключительными способностями и долго­летием, на фоне миллиардов тех, для кого эти возможности останутся недоступными, покажет время.

Источник: Розанов, В. А. Биология человека и основы генетики: Учебное пособие / В. А. Розанов. – Одесса: ВМВ, 2012. – 435 с.

Связанные статьи:

Человек как биологический объект и современная цивилизация

Социобиология человека и популяционная генетика

Перспективы увеличения продолжительности жизни

Генетическая идентификация личности человека

Загрузка...

Ответить

Ваш e-mail не будет опубликован.

Вы можете использовать HTML- теги и атрибуты:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Загрузка...